Специальный
партнерский
проект
Здоровье Та, кто верит в тебя: кто такие доулы и как они помогают женщинам в родах
Здоровье
Та, кто верит в тебя: кто такие доулы и как они помогают женщинам в родах
Pink поговорил с доулой Дарьей Уткиной, которая оставила работу стилиста, чтобы заниматься эмоциональной и информационной поддержкой женщин в родах и после них.

От стилиста к помощи беременным

«Я подрабатывала стилистом еще во время учебы на клинического психолога. На время даже ушла в академический отпуск: оказалось, что зарплата психолога в клинике, где я собиралась работать, равна гонорару за одну съемку. Как-то я пришла на собеседование домой к будущей начальнице. Мы общались у нее на кухне, рядом играли двое детей, третьего она кормила грудью. Я была в шоке: так вообще можно? Она работает из дома, делает классный бизнес, нанимает меня, кормит младенца, и все это одновременно — вау.

А через месяц забеременела уже я — и плавно переключилась на детскую тему. Я стала придумывать одежду, в которую хотелось одевать собственную дочку: боди с принтами, простые платья без стразов, каких у нас тогда еще не продавали. Жаль, что у меня и байеров детских магазинов вкусы в то время слишком различались.

Я родила одной из первых среди своих приятельниц. Глядя на нас с дочкой, многие говорили: "Ну надо же, жить с младенцем, оказывается, не так уж страшно". Через год родила моя лучшая подруга, и в какой-то момент мы с ней поняли, что бесконечно отвечаем на одни и те же вопросы о беременности. Мы сделали курсы подготовки к родам Très Bébé, чтобы такие же молодые матери, как и мы, не потерялись в информационном потоке и бесчисленных и зачастую полярных советах для беременных от всех окружающих, знали, что происходит в родах, чего ждать и как жить после. В Très Bébé никого не учили, как и что надо делать, а просто рассказывали, какие есть варианты. Я и сейчас веду очные и онлайн-курсы по подготовке к родам, устраиваю встречи для мам. Обдумываю еще два курса, которые совершенно точно будут востребованы, — все о первом годе жизни с младенцем и психологическая помощь женщинам после родов».

Как выучиться на доулу

«Доулой я начала работать в 2013 году, а моей первой клиенткой стала девушка с наших курсов. Я училась на доулу по международной программе Birthing from within. Ездила в Израиль, США, год провела за чтением литературы и домашним обучением и в конце концов получила сертификат. Сейчас выучиться на доулу можно и в России. Моя коллега Ира Сергеева из Мельбурна занимается онлайн-программой "Профессиональная доула", которая одобрена европейской сетью доул. Ее выпускников признают во всем мире. Одна девушка, например, уже успешно работает в Швейцарии, а те, кто в Москве, могут проходить практику в одном из столичных роддомов и помогать женщинам, рожающим без контракта.

Психологическое образование мне помогает, но для доулы оно вовсе не обязательно: всему нужному научат на курсах. Любая программа, которая готовит доул, уделяет много внимания собственному опыту родов. В доулы идут в основном по двум причинам: либо женщины с травматичным опытом, которые хотят, чтобы ни с кем больше такого не было, либо те, у кого были очень позитивные роды, и они хотят всем рассказать, что так можно. Это нормально, но транслировать личную историю на всех без разбора нельзя, поэтому с этим пунктом много работают.

Сейчас я учусь в магистратуре департамента социологии НИУ ВШЭ и занимаюсь сравнительными социальными исследованиями (comparative social research). Я хочу проводить исследования про доул, про роды и про право женщины в родах. Чтобы вести диалог с клиниками, врачами и государством, нужно оперировать научными данными — потому что зарубежным исследованиям у нас не доверяют. В мире не так много стран, где мало кого пускают на роды, как это происходит в России. В развитых странах во главе угла права человека, в странах третьего мира — традиции. Даже в довольно консервативной Киргизии, где роддома выглядят так же, как те, в которых рожали наши мамы, на роды приходят все родственницы — свекровь, невестки, сестры — и наперебой раздают советы. И для врачей там это нормально, ведь это же семья».

Что делают доулы

«Есть доулы, которые сопровождают женщин в родах, и те, которые помогают уже после них. Роды случаются в самое неожиданное время и могут длиться непредсказуемо долго, поэтому одной и той же доуле сложно заранее планировать визиты на дом. Поэтому доулы всегда работают в паре: одна страхует другую на случай непредвиденных обстоятельств. Всегда можно найти замену — у нас тесное и дружное комьюнити, — но женщинам комфортнее с теми, кого они уже знают.

Я — родовая доула. Встречаюсь с женщинами перед родами, обсуждаю с ними варианты того, к чему готовиться и чего можно ждать, что лучше взять с собой. Приезжаю в роддом и работаю как мостик между рожающей женщиной и врачом, делаю массаж, помогаю расслабиться или сконцентрироваться. Работа доулы — это полный контакт с женщиной в течение практически суток, иногда и дольше. Доула никуда не уходит, все время включена в процесс эмоционально и физически. Она тот самый бесконечный источник ресурса для женщины, которая тратит невероятное количество моральных и телесных сил во время родов.

Врачи к нам относятся по-разному. В Москве с этим проще, а в регионах — сложнее. В законе о сопровождении женщины в родах написано, что рядом могут быть только близкие родственники, и все регионы и клиники трактуют это по-своему. Например, в Пскове рожать можно только с мужем. С другой стороны, нашу репутацию подрывают непрофессиональные доулы, которые исполняют функционал акушерок, организуют домашние роды, занимаются шаманством — в общем, делают все то, что к работе доул отношения не имеет. Замешательство врачей можно понять: многие думают, что доулы — это такие бабы с бубнами. Поэтому мы и создали ассоциацию профессиональных доул, чьим знаниям и навыкам можно доверять. Все больше врачей понимает, что присутствие доулы — это удобно и разгружает персонал больницы. Когда у роженицы есть кто-то, кто принесет ей воды, еды, сделает массаж, выслушает, то она не будет паниковать, постоянно звать доктора или сопротивляться в ответственные моменты.

Доула не дает медицинских рекомендаций — она только описывает возможные варианты действий. Например, если женщина жалуется на продолжительное кровотечение после родов, доула может рассказать, в каких ситуациях это бывает, и объяснить, что все они обычно требуют консультации врача. То же касается и жизни после родов. Доулы не пропагандируют грудное вскармливание или совместный сон с младенцем, скорее предлагают какие-то лайфхаки, чтобы обустроить быт в новых условиях. Могут научить мыть, держать и кормить ребенка или объяснить, почему где-то тянет или болит. Главное — чтобы родившая женщина чувствовала себя человеком, могла выдохнуть и сказать: "Да, это не так уж страшно"».

О жизни после родов

«В нашей культуре не принято говорить о восстановлении после родов. Отчасти это заслуга бесконечных фотографий принцесс и моделей, которые с укладкой выходят из роддома или через месяц шагают по подиуму. А обычные, нормальные женщины, глядя на них, чувствуют себя неполноценными. Они моют пол, принимают родственников, заваривают всем чай, с трудом сидят на краю дивана из-за послеродовых швов, а потом удивляются: почему так тяжело? Но ведь это совсем не тот момент, когда нужно срочно возвращаться к обычной жизни. Мы же не ждем от человека, который только что пробежал марафон, что он пойдет копать огород или варить борщ. Но почему-то ждем от женщин.

То, что делают доулы, — это огромный вклад в профилактику послеродовой депрессии. В России нет широкой практики послеродовой поддержки женщин. Бывает, что окружающие считают, что женщина просто ленивая, а послеродовой депрессии не существует. В США есть скрининг после родов, но даже там он довольно формальный, и лучшее, что женщина может получить, — это рецепт на антидепрессанты. Хотя установлено, что послеродовая депрессия требует более многофакторного воздействия. Я написала об этом главу в книгу "Мама на нуле" под редакцией Анны Куусмаа и Анастасии Изюмской. Это важная книга о том, что жизнь после родов — это не идиллия из инстаграма, а сложный и утомительный период».

О сложностях работы

«Сейчас я стараюсь брать не больше двух клиенток в месяц. В сентябре я сопроводила шесть родов за две недели, и это было очень тяжело, хотя это, конечно, смешная цифра в контексте того, что в роддоме за день принимают по 20 родов. Мне важно сохранять баланс, чтобы работа была не только работой, но и чудом жизни. Я очень боюсь мысли "Ой, опять эти роды". На это имеет право врач или акушерка — их работа очень тяжела. Врачам никто не оказывает моральной поддержки, даже если они приняли 15 сложных родов подряд, кто-то не выжил или что-то пошло не так. Они уходят с тяжелой смены и за сутки должны восстановиться к следующей, так что эмоциональное выгорание не редкость. Доула — это тот единственный человек, которого зовут на роды, чтобы он давал ощущение спокойствия и того, что все под контролем. Это очень ответственная работа: я должна быть готова в любой момент поддержать и придать сил — а этого не сделаешь, если у самой внутри ничего не осталось. Как и в любой помогающей практике, я трачу часть заработка, чтобы восстанавливать собственный ресурс: хожу на психотерапию, массаж.

Главная сложность в работе доулы — это непредсказуемый режим, который отражается на жизни семьи. Роды тоже бывают разные. Всегда непросто, если у женщины был опыт сексуального насилия в прошлом, а это практически каждая пятая. Таким женщинам сложно на осмотрах, манипуляциях, трудно расслабиться в нужный момент — и очень важно, чтобы опыт родов не стал для них еще одной травмирующей ситуацией. В этот период женщинам далеко не всегда нужна психотерапевтическая помощь — их и так со всех сторон постоянно оценивают. Им нужен кто-то, кто просто в них верит и говорит: "Да, ты это можешь. А если не можешь — что-нибудь придумаем"».