Здоровье
Дарья Лебедева: как уйти из корпорации, чтобы медитировать и учить других
В бизнес-среде иметь инструктора по медитации считается хорошим тоном. Мы решили узнать, как ими становятся, почему медитацию считают фитнесом для мозга, какие вопросы она решает, помогает ли разбогатеть и что отвечать тем, кто по поводу нее иронизирует.

— Как называется то, чем вы занимаетесь?

— Мы с моим мужем Гошей ведем курсы по медитации и развитию осознанности Wake up and live. Расшифровывать это можно по-разному, но смысл будет примерно такой: мы помогаем людям начать лучше «слышать» (чувствовать) себя. Если рассмотреть каждого из нас как живую систему, то в ней постоянно возникает и исчезает огромное количество сигналов.

Обычно человек осознает лишь небольшую их часть, как верхушку айсберга, а снизу, за границами осознавания, лежит огромная темная территория, которая в действительности создает реальность каждого человека незаметно для него самого. Мы помогаем человеку начать замечать больше сигналов в своей системе и, как следствие, принимать более релевантные решения.

В свое время мы много обсуждали с Гошей, какими словами называть то, что мы делаем, потому что в этой сфере много клише, создающих искаженные представления. В итоге мы пока остановились на слове «проводник». С одной стороны, мы проводим мероприятие, с другой стороны, мы как экскурсовод проводим путника на территорию, где он не был либо был, но забыл. С третьей стороны, мы выступаем как проводник в электрическом смысле — проводим некое знание через себя, делая его доступным для других и стараясь делать это максимально чисто.

— Это правда, что раньше вы работали в финансовой сфере? Как решиться и уйти с такой работы?

— Я окончила факультет вычислительной математики и кибернетики в МГУ, где мы и познакомились с Гошей, и работала в IT-сфере 12 лет: занималась внедрением и развитием информационных финансовых систем, последнее место работы — руководство подразделением IT Finance в Sberbank CIB (бывшая «Тройка Диалог»). Я отвечала за бэк-офисные IT-системы для финансового подразделения.
В целом «как уйти» — это тема отдельного интервью.

В 2014 году у меня созрело решение. Оно не было спонтанным, я обдумывала и взвешивала за и против около года. Но внутри все более явно звучало ощущение, что пора что-то менять. Я все больше переставала видеть себя частью корпорации. Раньше меня это манило, а тут перестало. Я очень рада, что услышала себя тогда и не стала дожидаться более конкретных сигналов.

В то время не было никакого четкого понимания, чем я хочу заниматься дальше, но ясно было одно: мир намного шире работы в корпорации и я хочу освободить пространство в жизни и высвободить энергию для чего-то нового, узнать мир и себя лучше, а не продолжать работать в рамках уже понятного протокола.

Всегда мечтала путешествовать и пожить в Азии больше чем две недели отпуска. Решила, что откладывать больше нельзя, муж меня поддерживал и помогал в этом решении, поскольку он уже раньше меня вышел за рамки корпоративного формата, руководил стартапом — у него уже был более свободный взгляд.

Конечно, было страшно. Уходить из компании, где тебя уважают и ценят, всегда сложно. То есть на одной чаше весов — статус, деньги, удовлетворенность от реализации сложных проектов и ответственности за свою область, ощущение нужности, позиция в IT-сообществе, но на другой — сильный уровень стресса, постоянная необходимость заставлять себя искать мотивацию.

Начали все больше появляться вопросы: и это все? и вот из-за этого состоит жизнь? ради чего я трачу большую часть своего времени на это? чего я хочу на самом деле? если жизнь сейчас закончится — о чем я буду жалеть, чего не сделала?

Экзистенциальный кризис ценностей и смыслов начался еще в 2010 году с тренингов личностного роста и других психологических тренингов, различных практик, кундалини-йоги, телесных практик, семинаров по тантре, медитации и тому подобного. Все это происходило постепенно и все больше направляло внимание в область изучения себя, раскрытия своего потенциала — в общем, к вопросу «Кто я?».

Пожалуй, здесь еще важно, что путь трансформации, начавшийся в 2010 году, мы проходили вместе с Гошей, поддерживая друг друга на всех стадиях пути.

В 2014 году мы купили билеты «в один конец» в Гоа, куда мы ездили на две недели в отпуск предыдущие семь лет, работая в корпорациях. Я думала, что вот отдохну месяц — и сразу придет энергия и силы для новых увлекательных проектов и творчества. Но моя перестройка потребовала гораздо больше времени, это заняло больше года. Эмоционально это было очень сложное время; время смотреть внутрь; время учиться быть в состоянии непонимания, что делать дальше; выйти за рамки понятного расписания туда, где непонятно и страшно; учиться жить; смотреть, из чего, собственно, состоит моя реальность в каждый момент. Замедлить московский ритм, чтобы увидеть то, что внутри.

Мы путешествовали по Индии, Америке (тоже одна из «мечт» айтишника — Силиконовая долина и Сан-Франциско), Таиланду, Бали, встречались с людьми, которые уже давно встали на путь поиска себя и духовного развития, встречали друзей и учителей, накапливали знания и практики, прошли несколько ретритов випассаны в Таиланде. Постепенно интенсивный поиск сменился более спокойной фазой ясности и наблюдения. То, что раньше вызывало вопросы, перестало беспокоить.

К нам нередко обращались друзья с какими-то жизненными вопросами про отношения, бизнес или какие-то бытовые ситуации. Просили научить каким-нибудь практикам или техникам медитации, которые мы использовали. В какой-то момент мы решили попробовать сделать курс, чтобы поделиться тем, что сами используем и что для нас хорошо работает. Гоша с 2014 года выкладывал у себя в фейсбуке заметки о жизни, что-то вроде путевого журнала нашего внутреннего путешествия. Он написал, что мы хотим сделать курс, и за сутки пришло больше людей, чем мы могли взять.

— Чему вы учите людей? Сколько в этом эзотерики, а сколько прагматики?

— Нам близка парадигма Pragmatic Dharma, это современный западный адаптированный подход к буддизму и практикам работы с вниманием, основывающийся на проверке на собственном опыте того, что работает без привязки к классическим религиозным течениям.

В нашем курсе мы обучаем базовой буддийской технике «отмечания», а также используем множество других практик и техник, таких как метта, анапанасати, техники визуализации, концентрации, техники из области психотерапии, НЛП и других инструментов самоисследования, самоисцеления и пробуждения в качестве дополнительных персональных указателей.

Важным инструментом нашего курса является ежедневное ведение дневника, в котором участники описывают свой опыт медитации. Это также помогает участникам осознать свой опыт и выставить корректные указатели нам как проводникам.

По поводу соотношения прагматики-эзотерики — я не знаю. Это зависит от человека. Моя прагматика для кого-то будет эзотерикой. Чем дальше человек продвигается по тропинке познания себя и, как следствие, мира, тем больше эзотерики для него становится прагматикой. Вокруг нас есть вещи, которые наука пока не может объяснить. Но они не перестают от этого существовать. Хорошая новость в том, что наука в целом и квантовая физика в частности наверстывают этот разрыв, и я предполагаю, что в обозримом будущем будет много важных открытий в этой сфере.

То есть с одной стороны в нашем подходе присутствует прагматизм в том смысле, что человек использует свое внимание в соответствии со своими задачами и потребностями на текущий момент. В определенных бизнес-кругах сейчас медитацию принято называть фитнесом для мозга, способом расслабиться после рабочего дня, отдохнуть от непрерывных навязчивых внутренних диалогов. С другой стороны, техника работы с вниманием может использоваться для исследования содержимого своего сознания, изучения своих паттернов автоматических реакций и, если есть такой запрос, развития особых состояний сознания. Я бы не назвала это эзотерикой, медитация — это жизнь, это умение смотреть и не отворачиваться от своих переживаний, проживая свой опыт внимательно и осознанно, и если этот опыт включает исследование «тонких миров и состояний» — то и это тоже.

Мы используем персональный подход к каждому участнику в группе, даем персональные указатели в зависимости от запроса.

— Почему потребность в медитации сегодня стала выше?

— Растет скорость обмена информацией. Желание сверхприбылей заставляет корпорации и компании наращивать обороты, что, в свою очередь, требует от людей на местах жонглировать большим количеством задач, чем прежде. Для многих людей это прямая дорога к хроническому стрессу и болезням. Конечно, некоторые интуитивно нащупали свои способы проходить через стресс или впитали такие навыки от родителей, но таких меньшинство. Остальные хронически откладывают то, что хотят делать, и делают постоянно через силу то, что не хотят, поддерживая себя «дофаминовыми инъекциями» от материальных радостей. Причем все это происходит неосознанно. Человек просто искренне старается «быть успешным» в том представлении, которое предлагается современным обществом.

Когда у человека возникает готовность что-то поменять (не просто абстрактное желание, а намерение), он начинает искать инструменты. Их много, и медитация и осознанность — один из основных.

— Кто к вам приходит? Какие цели они преследуют? 

— У нас сразу заработало «сарафанное радио», и люди приходят по рекомендациям знакомых и друзей. Учитывая нашу с Гошей прошлую бизнес-биографию, примерно половина наших участников — предприниматели и топ-менеджеры. Они, как правило, приходят, чтобы стать более эффективными, лучше управлять временем и «справляться со стрессом». Некоторые приходят просто потому, что это модно или друзья посоветовали.

В зависимости от опыта наших участников можно условно разбить на три группы. Первая: новички, которые хотят попробовать медитацию. Цель здесь — познакомиться с практикой под руководством опытных проводников. Вторая: медитаторы с небольшим опытом, практиковавшие через мобильное приложение или прошедшие ретрит. Обычно в этом случае у людей уже есть большее понимание своих целей, например наладить ежедневную практику, изучить новые техники, научиться медитации как инструменту глубинного самопознания, подкачать концентрацию, улучшить контакт с телом и эмоциями. Третья: опытные медитаторы. Приходят, чтобы получить новые указатели на пути, «прокатиться» на групповой волне, восстановить потерянные ритм и дисциплину.

В целом большинство участников приходят с запросом лучше узнать себя, быть спокойнее и научиться восстанавливаться через практику медитации.

Сейчас также есть мнение, что медитация помогает «разбогатеть». Вообще, для этого есть другие специализированные курсы. Хотя косвенно медитация может помочь и в этом, поскольку гармонизирует живую систему, синхронизирует все ее компоненты.

— Чем отличаются самостоятельная медитация, медитация через аудиогид, медитация через мобильное приложение, медитация в группе и медитация с наставником? Какие у каждой из них плюсы и недостатки?

— Мне видится, что все в конечном итоге сводится к тому, чтобы прийти к регулярной самостоятельной практике, которую можно разделить на формальную и неформальную. Формальная практика — это регулярные домашние занятия, тренировка внимания в удобных условиях. Неформальная — это включение наработанных практик в жизни. С какого-то момента становится понятно, что это и есть сама жизнь, осознавание потока своих переживаний — это неотъемлемая часть опыта пробужденного ума. Чтобы наладить ежедневную практику, полезно использовать различные инструменты, помогающие на этом пути, в том числе и аудиогиды, мобильные приложения.

Медитация в группе и с наставником усиливает динамику продвижения по пути, поскольку у человека есть обратная связь. Это очень важно, особенно в начале пути. Кроме того, в случае группы есть общее групповое поле. При грамотной сонастройке участников это катализирует их внутренние процессы и повышает эффективность. Видите, и здесь без «эффективности» не обошлось. 

Мне кажется, начинать стоит с наставником или в группе, а затем переходить на самостоятельный режим. «Медитации с приложением» я вижу как часть групповой работы занятий с наставником. Сами по себе они могут дать некоторый расслабляющий эффект, но это скорее краткое отвлечение от бытовых забот, чем серьезная глубокая работа. Если мы говорим именно о ревизии своего «чердака», куда мы складывали в течение жизни все свои убеждения и истории, то начинать такую работу лучше под присмотром.

— Когда и сколько вы советуете медитировать? 

— Мы советуем искать свое время. Есть некоторые общепринятые соображения, но есть также наблюдение, что мы все разные. Мы с Гошей медитируем утром — ум более тихий и свежий, внимание более острое. Вечернее время больше подходит для гармонизации состояния перед засыпанием.

По продолжительности сессий тоже не стала бы давать однозначных указаний. Скажу, что очень важна регулярность. Медитация — это в том числе создание новых нейронных связей. Они подобны тропинке в лесу — если по ней не ходить, то она зарастает. На своих курсах мы рекомендуем начинать с 15 минут и ежедневно прибавлять по одной минуте в день, доходя до 30–40 минут.

Иногда бывает, что возникло глубокое погружение и тут звенит финишный гонг. В этом случае хорошо остаться и продолжить. Также иногда стоит устраивать себе длинные сессии — час и более — или выбраться на ретрит.

Ну и главное — это помнить, что медитация происходит не только тогда, когда вы сидите на подушке. Медитация — это способ жизни, это угол зрения и восприятия. Формальная практика — это лишь тренировочный зал, а основная работа по развитию осознанности — это наш день. В течение дня мы рекомендуем делать короткие «паузы» на неформальную практику, возвращая внимание в текущий момент и осознавая свои мысли, чувства, телесные ощущения. Все наши жизненные ситуации дома и на работе в течение дня — это область для применения тех навыков, которые мы тренируем «на подушке» (или коврике для йоги).

— Что вы советуете тем, кто хотел бы попробовать медитировать?

— Вдумчиво ответить себе на вопрос «Зачем?». Попробовать месяц медитировать под аудиогид или приложение. Если будет интерес двигаться глубже, то пойти на групповой курс или поискать наставника для индивидуальной работы.

Медитация — инструмент для тонкой и глубокой работы. Зачастую запрос человека можно быстрее решить с помощью психотерапии.

— Не кажется ли вам, что тренд на «майндфулнесс» коммерциализирует духовные и личностные практики, обесценивает их?

— Раньше мне так казалось, а сейчас я по-другому смотрю на это. Мне кажется, что природа реальности такова, что рано или поздно люди, практикующие медитацию, приходят к экзистенциальным вопросам и поиску ответов на них. Думаю, что распространение практик внимательности — это в любом случае позитивный тренд, позволяющий развивать ясность и сосредоточенность, принятие, мудрость, даже если они придут к медитации через практические мотивации «фитнеса для мозга» и улучшения себя с учетом исследований нейропластичности мозга.

— Что вы можете сказать тем, кто скептически относится к медитации и подшучивает над теми, кто практикует?

— Каждый выбирает сам, что ему откликается: кто-то бегает марафоны, кто-то читает книги и смотрит фильмы, кто-то занимается йогой, кто-то медитирует, кто-то гуляет с собакой. Каждому свое, и всему свое время. Каждый совершает свое путешествие от рождения до смерти, и это всегда уникальная траектория.

Яндекс. Директ